При прочих равных условиях множественность эхо-сигналов более выражена при исследовании латеральных отделов полушарий мозжечка, менее - в срединных отделах мозжечка (над червем) и еще менее-при зондировании срединных отделов полушария мозжечка. Кроме того, множественность эхо-сигналов более выражена при направлении зондирования, перпендикулярном к плоскостям структурных элементов древа жизни, что совпадает с направлением зондирования под углом 60° к франкфуртской плоскости.

В славянской группе больных клиническая структура ППР выглядит несколько иначе. Наиболее частыми являются расстройства адаптации и неврастения, реже выявляются тревожное расстройство и расстройства личности. Достоверно ниже (р < 0,05) распространенность диссоциативного, фобического, обсессивно-компульсивного, соматизированного расстройства и соматоформной вегетативной дисфункции.

Таким образом, наиболее распространенными клиническими формами ППР у больных обеих национальностей можно считать расстройство адаптации, неврастению и тревожное расстройство.

Как известно, проекция объекта на сетчатку глаза уменьшается с увеличением расстояния до объекта. Казалось бы, объект должен казаться меньше. Однако эти изменения компенсируются за счет особого свойства зрительного восприятия, которое получило название постоянства величины. Оно проявляется в возможности воспринимать размер видимого объекта как один и тот же, независимо от расстояния до объекта, на котором находится ребенок.
Аналогично постоянство формы проявляется в сохранении формы объекта, независимо от ракурса, в котором он располагается по отношению к линии взора ребенка.

Многие психологи были не удовлетворены объяснениями детского развития в рамках ассоциативной психологии, где в качестве его причин приводились те или иные особенности строения детского сознания. Это недовольство было вызвано тем, что поскольку непосредственное наблюдение сознания невозможно, объяснения могли допускать различные интерпретации. Ученые, среди которых нужно выделить прежде всего Джона Уотсона стали искать очевидные, всем понятные принципы в понимании детского развития.

Дж. Уотсон подчеркивал, что если мы посмотрим на ребенка, то не будем непосредственно видеть ни его память, ни мышление, ни сознание, ни тем более бессознательное. Единственное, что мы можем видеть, — это поведение ребенка. Эта идея и легла в основу целого направления, которое позднее получило название «бихевиоризма» (от англ. behavior — поведение).

Дальнейший импульс идеи культуральной психиатрии получили в трудах реформаторов психоанализа и создателей неофрейдизма Эриха Фромма (E.Fromm), Карен Хорни (К.Ногпеу), Гарри Салливана (H.Sullivan). В частности, ведущий представитель этого направления Е.Фромм (1961) в отличие от З.Фрейда объяснял этнокультуральные особенности поведения человека, формирования у него психических расстройств «не драматургией инстинкта, а социальной историей каждого этноса».

В становлении этнокультуральной психиатрии следует также отметить роль ряда специалистов в области этнографии и культурологии. В частности, это относится к русскому ученому Л.Н.Гумилеву. Согласно разработанной им в 1939 г. концепции пассионарности (исторической цикличности развития культур), психическая патология представляет собой «выражение экологического состояния популяции и проявление нравственных болезней и девиаций этносов, возникающих на почве социальных коллизий и артефактов».

Земля медленно вбирает в себя тепло, но, когда нагреется, может удерживать его весьма продолжительное время. Как не провести здесь параллель с человеком Земли, который с большими усилиями воспринимает все новое, пока оно не приживется и не «пустит корни» в его душе. Кроме того, он чрезвычайно неохотно дает долговременные обязательства. Иногда кажется, что Шиллер написал свое известное стихотворение именно про человека Земли: «Взгляни вокруг, кто в верности клянется» вместе со сводящим все на «нет» дополнением: «Вдруг что-то лучшее найдется». Человек Земли прекрасно знает, что, дав однажды слово, он свяжет себя навек. Поэтому вполне понятно, что он гораздо более осторожен, чем представители остальных трех стихий, и неохотно даст серьезные обещания. Те отношения, при которых люди давно зиают друг друга и каждый из них уже изучил до тонкостей все стороны характера партнера, нравятся ему гораздо больше, чем спонтанные «одноразовые» связи или безумные страсти, подкрепляемые ежеминутными клятвами в вечной верности.

Среди всех четырех стихий Земля занимает первое место по времени, затраченному на раздумья и сомнения. Она всегда взывает к осторожности и осмотрительности, а также предостерегает от импульсивности и активности, если они начинают перехлестывать через край.

Земля имеет природную тенденцию пребывать в каком-либо одном состоянии. Она не любит никаких перемен, и потому среди всех стихий ее наиболее трудно привести в движение. Земля образует у нас под ногами почву, на которой мы стоим. Мы надеемся на нее и строим на ней свою жизнь. Земля — это истинное воплощение твердости, прочности и долговечности. В противоположность остальным стихиям, которые непостоянны и неуловимы, а также не имеют четких границ, земля позволяет формировать, структурировать и обозревать себя. Однако если кто-то захочет изменить ее форму, пробиться в глубь или возделать поле, пусть готовится к тому, что придется засучить рукава и как следует поработать. По правде говоря, земля всегда с лихвой вознаграждает затраченные усилия, поскольку чем прочнее перерабатываемый материал, тем дольше он сохранит новую форму. Таким образом, человек Земли представляет собой неподвижный полюс, на который можно опереться.

Это человек, предпочитающий все постоянное и надежное. Он хранитель традиций и защитник жизненных ценностей. Подобно Земле, образующей твердую основу у нас под ногами, на которой мы пашем и строим наши жилища, человек Земли ценит все основательное, практичное, весомое и достижимое.

Он обладает природной склонностью проникать повсюду и полностью заполнять собой пустое пространство. Но если данное пространство оказывается для него слишком тесным, воздух, как и другие стихии, поддается сжатию. Но пусть только найдется выход из этой темницы — ему хватит крохотного отверстия, — воздух, не медля ни секунды, вновь вырвется на свободу. Подобная гибкость имеет двойственное значение. С одной стороны, она делает сознание человека Воздуха деятельным и подвижным. Он легко продаст свои убеждения, лишь бы за них дали хорошую цену, и направит свои способности на службу злу. Для такого человека важны только пополнение его личной кассы и возможность безнаказанно уйти от ответственности. Таких вот «заблудших овец», которые используют служебное положение в собственных интересах, и всегда, как говорится, «держат нос по ветру», особенно много в «воздушном» мире юриспруденции.

Он постоянно причаливает к новым берегам, но нигде не находит родины. В повседневной жизни подобных людей можно встретить достаточно часто, это про них сложили поговорку: «Наш пострел везде поспел». К их числу относятся, например, уличные торговцы, коммивояжеры и вообще все те, кто постоянно находится в пути, кто не лезет за словом в карман и умеет быстро проворачивать выгодные сделки.

Слово «интерес» в переводе с латыни означает «быть между» или «быть в центре», и это определение как нельзя лучше подходит Воздуху. Он в обязательном порядке должен заполнить собой любое пространство. Точно так же и вездесущее любопытство гонит человека Воздуха по миру и заставляет интересоваться всем подряд.

Воздух свеж и подвижен и не желает, чтобы кто-то или что-то тянуло его вниз. Он может «переносить» только то, что является легким и быстрым, все тяжелое и медленное он на себе держать не станет, а просто позволит упасть на землю. Этому качеству соответствует стремление человека Воздуха схватывать лишь основную идею в том, чем он интересуется. Он любит все абстрактное и пренебрегает конкретикой, поскольку все конкретное кажется ему слишком тяжелым и обременительным. Более всего на свете ему ненавистна необходимость таскать за собой лишний багаж, но если уж от нее никак не отвертеться, то он предпочитает брать с собой только запомнившиеся или заученные знания. Тяжелую и неудобную форму он оставляет для главного «носильщика», которым является Земля, а сам тем временем, свободный и ничем не отягощенный, летает везде, где захочет.

Вода как бессознательное принадлежит нашей темной стороне. Чтобы проникнуть в ее тайные глубины, необходим свет (сознание). Но далеко не каждый свет может подойти для данных целей. От холодного света Луны для воды не будет никакого толку. Лунный свет может только танцевать ночами на ее поверхности. А вот теплому, ласковому солнечному свету вода открывается охотно и с радостью, позволяя ему проникать в свои глубины. Нечто подобное происходит и с человеком Воды, который всегда рад, если у него появляется возможность заглянуть в самого себя. Но чисто аналитическое, чрезмерно рациональное сознание принесет с собой лишь холодный, механический или же слишком слабый свет, с помощью которого нельзя увидеть ничего, достойного упоминания. Но по-настоящему теплое участие действует на человека Воды как живительная сила, способная осветить самые дальние уголки его души и открыть взгляду скрытые в ней сокровища. Нечто подобное происходит и с внешними впечатлениями.

Вода вбирает в себя все, что ее окружает, и со временем отдает обратно. Многие свидетельства, дошедшие до нас с древнейших времен, веками лежали в ее пучинах, чтобы потом неожиданно всплыть на поверхность. Другие же она держала у себя сравнительно недолго.